Игорь Селиванов. Я и Муза. Предисловие. Её Величество Муза. Есть у Игоря Селиванова цикл стихов, которые я очень люблю - он посвящён Её Величеству Музе. Чтобы понять и принять Музу Игоря, нужно её самому обрести. Возможно, кое-кто не всегда понимает его стихотворение "Пьяная Муза" или "Разгулявшаяся Муза". Но Муза - женщина, живущая в душе только настоящих поэтов. А Игоря я таким считаю. Ведь Муза - символ творчества и вдохновения, не каждого посещает, не в каждом живёт... Я не люблю длинных предисловий, а поэтому передаю "привет" Музе Игоря Селиванова от своей Музы, которая живёт и, слава Богу, не покидает меня вот уже более сорока лет. Стареет Муза прямо на глазах. К косметике и к смерти равнодушна. Сиять не хочет больше в зеркалах. И ей ночами очень душно... О Муза, Муза, я люблю тебя - Ведь мы с тобою вечные подруги. Что делать, ведь у нас одна судьба И мы у бога просто только слуги. Тавай тряхнём, как прежде, стариной - Накрасимся у матушки-природы И очень нашу назовём весной. Давай забудем седину и годы. Спасибо тебе, Игорь, за твою такую бесшабашную Музу. Может, и моя хоть чуть помолодеет? С уважением, Людмила Галинурова. *** Меня Муза ревнует к жене И приходит, когда она спит. В полудрёме пишу, в полусне, Полусказочник, полупиит. Тихой ночью приходит, крадясь. Тронет лиру, овеет крылом - Возникает таинственно связь За пустым полуночным столом. *** В голове клубятся бестолково Мысли в лототронной чехарде. Ни одна не выкатится словом, Музы нет поблизости нигде. Муза эти дни, должно, в отгулах, Завершая месяц, был аврал. На пушистом облаке уснула Под негромкий ангельский хорал. *** Поэтическая Муза Своенравна и строптива. Равноправного союза Избегает как крапивы. Снисходительной улыбкой Отметёт поползновенья. Рифмоскладная копилка Ссохнется без вдохновенья. Неожиданно сюрпризом Вновь заявится без спросу, И по женскому капризу Строчки лягут, словно росы. День ещё не завершился, Но с причудою знакомой Муза снова заершиться, Ночевать уйдёт к другому. Я опять готовлю свечи, Ужин поздний, как приманку, Ожидаю каждый вечер Госпожу мою, служанку. *** На пару с Музой квасили вечера. Я предложил, она не отказалась. Сегодня мы болеем с похмура, Хотя вчера казалось: мало, мало... Она сегодня чуть ко мне дошла, А ведь вчера и пела, и плясала. Она и лиру волоком везла, И целых струн осталось мало, мало... Закуска, стопка, ничего не жаль, Лишь только бы концовку дописала. Она нахально кутается в шаль: "Не жмоть, добавь, - ворчит, - ведь мало, мало..." Я понимаю, выпить не дурак. "Но подскажи хоть строчку для начала!" Она мне говорит: "Пойдём в кабак, Для творческой души здесь места мало..." Искусству в жертву приношу себя, Где моя трезвость раньше пропадала: "Пузырь поставлю для тебе, Не уходи..." - она мне: "Мало, мало..." *** Поэзия в белых перчатках Фланирует в парках и скверах. Дама света, аристократка, Блещет изысками в манерах. Лебединой плывёт походкой, Пыль дороги не потревожа. Грациозна, легка и кротка, С голубою мечтою схожа. Но мечта далека от правды, В бытовой грязи часто вязнет. Я в дорогу с ней не отправлюсь, Сберегая мечту от грязи. Остаётся мечта мечтою, В жизни Золушка необходима. Любоваться могу красотой, Жизнь делить предпочку с любимой. Той, которая также мыслит, Слёзы льёт, негодует и верит, Не боится шагнуть и под выстрел, Твёрдо знает, где её берег. Патриотка и амазонка, Без сопливых надежд на дядю. Я люблю эту злую девчонку, ПОэтическую наяду. *** Однажды Музу встретил Я в парке у фантана. Нельзя сказать, что "леди", Но вроде не "путана". До омерзенья был я трезв. Она с похмелья мучалась. Нашли мы общий интерес По этому по случаю. Я не дурак на грудь принять, Но собутыльник - дама. Решил, что следует начать С бутылочки бальзама. Бользамчик съели не спеша, Ведя за жизнь "базары". Я чую: близкая душа Сидит со мной на пару. С ней сам Есенин водку пил, Любя и ненавидя. Твардовский спирт ей разводил, Почти в окопах сидя. Высоцкий струны рвал со зла, И бил её гитарой. Она их Музою была, Со мной лишь пьёт на "шару". Я осерчал и ей в упрёк: "Подруга, выдай чувства! Я, может, с виду и пенёк, Но хочется искусства. Ударь по струнам хоть ногой, Неважно, как там будет. Мне главное своей строкой Запомниться бы людям". И Муза дёрнулась слегка, Но свет из глаз пропал. Нога была или рука - Однако, есть фингал. *** Муза - дама в белом хитоне. Инструмент музыкальный и слух. Может лира, может, волтона, Я, признаюсь, в этом лопух. Но своей сладкозвучною речью Для поэта почти экстаз. Мне однажды попала навстречу, Пусть не порча, но всё же сглаз. Я теперь на любое слово реагирую так легко. Кто-то скажет: "Идёт корова", Я в ответ ему: "Молоко". Кто-то скажет: "Бутылка водки", Я в ответ ему: "Наливай!" Рядом Муза в кривой походке Свой настраивает курай. Кто-то скажет: пьяные бредни, Я, однако, отвечу всерьёз: Я у Музы был не последний, Кто пил водку разбавленных слёз. *** У пьяной Музы грубый нрав, Фривольны шутки, ыходки дерзки. Она порой, приличия поправ, Гуляет сутки, Прячась от тоски. Наскучил яркий светский бал, Фальшивые восторги, Подхалимаж слегка. Иду в прокуренный вокзал, Где в пьяной оргии Правдивость кабака. Здесь реверансы не в чести И прочие заслуги. Пусть ты одет во фрак, Но можешь в морду огрести, Коли не чист на руки И на словах дурак. За то не шепчут за спиной, В узмылке раскорячась, Загаженный слушок, И с музой пьют по одной, Глаза не пряча, на посошок. *** Об чужой замызганный паркет, отирая нос, бока и плечи, Русский я ругал менталитет За желанье выпить что покрепче. И пока трещала голова, Вспоминал всех матерей Союза. Где-то рядом ошивалась Муза, Как обычно, не совсем трезва. Неопохмелённый, злой, как пёс, И глаза, корячась, лезут в кучу. Мучил неразагаданный вопрос: ЧТо вчера я спьяну отчебучил? Сам не помню... Муза, подскажи, Мы с тобою вместе пили... А она: "Ах, как меня любили, Вечер, а, казалось, на всю жизнь!" - "Так вчера стихи читали здесь?!" - Выскребаю мысли, как скорлупки. "Что ты милый, с пьедестала слезь - Просто я была в короткой юбке". *** Она порой уходит на неделю. Не только по весне - в любой сезон. Обидно, горько, мучаюсь бездельем, Ревную и безвременно седею, И покурить срываюсь на балкон. Что позволяешь, глупая ты стерва? Изранена тобою вся душа. Конечно, у тебя я не был первым, Но есть предел и для железных нервов И для моих замызганных стишат! Имей в виду, найду моложе. Вернёшься - не пущу и на порог! Конечно, молодые всё дороже, Им кошелёк важнее честной рожи, Надеюсь потянуть на пару строк. Ах, ты уже пришла. Я не заметил... Сядь, отдохни, снять обувь помогу. Ну, что там нового на белом свете? Вот чай, конфеты, молоко в пакете... ...И подскажи, пожалуйста, строку. *** Жду её с утра, и стол накрыт. Фрукты, торт и лёгкое винцо. Звонят. Я открываю. "Ипполит" Корчит ироничное лицо. Слесарь из горгаза. Вот талон. Всё в порядке? Ниже распишись. ...Сохнет на тарелках закусон, Как моя обманутая жизнь. Звонят. Ноги - к двери мчите, Это без сомнения она... Почта. Заказное. Получите. Что-то Ваша подпись не ясна. Жду её с утра, и стол накрыт. Фрукты, торт и лёгкое винцо. Я уже набегал аппетит. Я уже осунулся лицом. Звонят. Открываю, торопясь... Там сосед - червонец дай взаймы. К чёрту мне такая с Музой связь! Только до скмы иль до тюрьмы. Звонят. Надоело. Подожду. Скрестил пальцы, хоть не суеверен. Открываю через пять минут - Так и есть: опять ошиблись дверью. Жду её с утра, и стол накрыт. Фрукты, торт и лёгкое винцо. ... Съеден торт. Пузырь уже допит, А из фруктов - пара огурцов. *** Привет, привет... Пишу письмо опять... Безадресное - просто, на удачу. Для почтальона трудная задача Потерянную Музу отыскать. Тебе я слал открытки в райский сад, И на Парнас отправил телеграмму. Но почта возвращала всё упрямо С простой пометкой: "Выбыл адресат". Звонил в больницу, в розыск подавал, Все злачные оббегал заведенья. Где носит тебя, злое провиденье? Кто в гости тебя, гордую, позвал? Признаю, были мы порой на "вы", И обижали, и давали сдачи... Но это жизнь, а в ней нельзя иначе, Прости меня, мы оба не правы. *** Всё лето на курортах провела, У моря, где и фрукты, и вино. Но осень... и она опять пришла. Прощу её... я счастлив всё равно. Ей шоколадный так к лицу загар, И лёгкая распущенность в глазах. Я предложу ей кислый "Солнцедар", Ирисок, тех, что вязнут на зубах. Расспрашивать не буду - что и как... Без слов понятно - лира в паутине. Она легко рифмует мне "кабак", И вдруг не к месту вспомнит о мартини. Я помню Срекозу и Муравья, Но если честно: два ботинка - пара. Конечно, моя Муза не подарок, Но ещё чаще не подарок я. *** Ходят мимо поэтессы и поэты. С ними Музы - просто любо поглядеть. У кого-то весною первоцветы, И нарядны, и попросишь - могут спеть. А моя как белая ворона, И неряшлива, и чуть пьяна, И причёска слиплась в макароны, И на платье пятна красного вина. Но, однако же, приятна для беседы - Иронична, любит юмор, весела. О любви даёт мне добрые советы, Вспоминая всё какого-то козла. Муза мне и друга заменяет, Пьёт, бывало, наравне, не отстаёт. И такое под рюмашку сочиняет: Вслух сказать, так ухо отпадёт. И не важно, что шокирует снобистов, И что критиков слова бросают в дрожь. Грящь на платье - это всё же ложь. На душе у Музы чисто. *** У Музы сладостная дрёма - Усталой толь ещё простишь. Ведь своего не зная дома, Так безмятежно где поспишь? Не потревожнат. Не подымут Рукой ли, голосом, пинком. Спи, Муза нежная, всю зиму, Свой сон не мучая стихом. Спи, набирайся вдохновенья, Весна тебя разбудит в срок. Я буду рядом в то мгновенье - Со мною ручка и листок. *** Я был пацан без ярких перспектив, Но Муза все расставила акценты. Не хам, не сволочь - мне в актив, А то что молод - дивиденды. Пусть четверть века мимо пронеслась, Но до сих пор она со мною вместе. Пусть стать поэтом мне не удалось, Но для людей стал более известен. Пусть Муза пьяница, и я алкаш, Но все легко читают наши строки. Прости мне, Муза, этот эпатаж. Как я, любя, простил твои пороки. *** У Музы склочная натура, Не угадать на первый взгляд. Такое может ляпнуть сдуру, Что не споёт и "Ленинград". На завтра каяться без толку, Слов не поймать - не воробьи. И не найти нигде иголку, Чтоб раны штопала твои. Потом самой ей будет тошно, Противно, плохо и "не в масть". Такой стервозно-суматошной Так трудно в такт с людьми попасть. Она всегда о том жалеет, Прощенья просит, в грудь лупя... За Музу я душой болею И всё прощаю ей, любя. 2004 год.